В Приморском крае близится к завершению громкий судебный процесс, в центре которого - фигура бывшего начальника Дальневосточного таможенного управления Эрнеста Бахшецяна. Его обвиняют в контрабанде и злоупотреблении должностными полномочиями. При этом согласно статистике именно при Бахшецяне объемы контрабанды в Приморском крае сократились в несколько раз. Подсудимый настаивает на своей полной невиновности, а независимые наблюдатели считают, что его уголовное преследование было инициировано по заказу преступного сообщества, занимающегося как раз контрабандой, но в государственных масштабах.
Эрнест Бахшецян возглавил Дальневосточное таможенное управление в 2004 году, когда в федеральных кругах решили декриминализировать Дальневосточный регион. С этой миссией, поддержанной тогдашним министром торговли Германом Грефа, и прибыл в Приморье молодой генерал. Начать "оздоровление" территории с самой горячей криминальной точки - таможни - было прямым поручением бывшего президента страны Владимира Путина. Уже первый год работы показал: Эрнест Бахшецян с поставленной задачей справляется - объемы контрабанды уменьшились, деньги пошли в государственную казну, ускорился переход товаров через границу, таможенное оформление внешней торговли начало принимать цивилизованные формы.
Возбуждение уголовного дела против самого борца с контрабандой стало сенсацией. Следствие по делу Эрнеста Бахшецяна длилось три года. Сегодня это четыре десятка томов, сотни подшитых к делу ведомственных инструкций и распоряжений. Следствие полагает, что, действуя из личной заинтересованности, Бахшецян с помощью своих подчиненных и верных ему коммерсантов создал устойчивый канал контрабанды.
"Органами предварительного следствия Бахшецяну вменяется в вину совершение преступлений, предусмотренных статьей 286 "Превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия", статьей 188 "Контрабанда, совершенная организованной группой" и статьей 285 "Злоупотребление должностными полномочиями", - говорит представитель прокуратуры Приморского края Ирина Намаконова. - Кроме того, ему вменяется в вину воспрепятствование законной предпринимательской деятельности, причинившее крупный ущерб. В настоящее время данное уголовное дело рассматривается судом. В ближайшее время, до наступления лета, будет провозглашен приговор".
Парадокс ситуации в том, что при столь серьезном обвинении следствие за три года так и не смогло установить факт корыстной заинтересованности таможенного генерала: коттеджей не нажил, счетов в банках нет, при обыске дома нашли 200 тысяч рублей (это все сбережения Бахшецяна за 20 лет безупречной службы). В результате в качестве мотива преступлений, в том числе и контрабанды, названы карьерные устремления генерала. Сам Бахшецян считает обвинение надуманным и настаивает на своей невиновности. Причиной уголовного преследования называет свою профессиональную деятельность по выводу контрабандных потоков из тени на свет, в легальный сектор.
"За три года "рыли" все, - рассказывает о своем деле сам Эрнест Бахшецян. - В разгар следствия бригада состояла из 28 самых высококвалифицированных следователей прокуратуры, ФСБ, оперативников службы собственной безопасности. Не нашли следов моей материальной заинтересованности. Тогда они просто тупо объявили, что честное служение родине - это карьерный умысел. Контрабандой занимаются не для того, чтобы повышать карьерный рост, контрабандой занимаются для улучшения своего материального положения. Если ко мне не прилипло ни копейки не только за три года, а за 23 года моей службы, это о чем-то говорит?!
Я просто расскажу, как мне удалось выйти на контрабандный канал в Находке. Надо было всего лишь сопоставить данные. Вот порт Находка, вот железнодорожная станция Находка, вот таможенный орган, который принимает от участников внешнеэкономической деятельности декларации, в которых значится "бордюрный камень, тротуарная плитка, строительные материалы" с низким уровнем налогообложения и без всякого контроля. Станция Находка - через 2 километра. Железнодорожники никогда не позволят поименовать в накладной не тот товар, который на самом деле, потому что от этого зависят тарифы, перевозки и все прочее. Здесь пришло 30 тысяч тонн бордюрного камня - отсюда ушло 30 тысяч тонн мяса, товаров народного потребления, одежды, кожи, обуви и так далее. Можно просто сопоставить данные здесь и здесь. Что, об этом не знало ФСБ? Об этом не знали оперативники таможни? Об этом не знала водная милиция? По самым скромным оценкам, объем контрабанды был таков, что ущерб бюджету превышал миллиард 200 миллионов долларов в год. Мяса в страну поступало в год свыше 100 тысяч тонн без всякого ветеринарного контроля, без досмотра. Нам эти 100 тысяч удалось вывести в свет, нам удалось блокировать этот канал. Объясняется это, конечно, большой степенью коррумпированности должностных лиц в правоохранительных органах, которые все это должны были выявлять и пресекать".
Статистика подтверждает слова генерала. Если в 2004 году, до Бахшецяна, в порту Находка правоохранительные органы задержали лишь 40 контейнеров с контрабандой, то в 2005 году, когда таможней руководил уже генерал, в том же порту было арестовано 720 контейнеров, то есть почти в 20 раз больше. Из нелегального оборота выведено 15 миллиардов рублей. Всего же только за год его руководства Дальневосточной таможней на свет было выведено до трети переправляемой через границу контрабанды. Эксперты посчитали: карманы контрабандистов в 2006 году полегчали на 30%. Цена вопроса - не менее миллиарда долларов США в год или 3 миллиона долларов ежедневно. Столько недополучили недобросовестные бизнесмены. Это и есть истинная цена уголовного дела таможенника Бахшецяна, исполнявшего наказ президента, говорит политолог Виктор Булавинцев:
- За всей этой историей стоит контрабанда, огромная контрабанда, которая шла через Приморский край с незапамятных времен. И Бахшецян (только на моей памяти это был третий начальник ДВТУ), первый из трех, кто вслух сказал о том, что контрабанда есть в массовых масштабах, и мы ее будем душить. И в этом его беда. Именно за это его и... Потому что, когда бросается вызов контрабандному каналу промышленного масштаба, который идет железнодорожными составами, пароходами идет - это не мелкие челноки с баулами, это не китайцы с бензопилами, это люди, которые делают политику, это деловая и политическая элита края и выше, которая выстроила экономическую систему прежде всего для извлечения личной выгоды. И когда эту систему начинают ломать, она начинает сопротивляться самыми жесткими мерами, что мы и видим сейчас".
